Второй шанс.


Эль, дай послушать, подожди, - говорил я в трубку. Переговаривались мы часто за эти несколько дней. Наша дочь родилась на свет через четыре часа, как предрекала Лидия Николаевна, совершенно здоровой.

- А со мной? – смешливо возмущалась она.

- Ну, тебя я много слушал, а Машу нет, - ответил я с нетерпением.

- Эй, э-это когда ты так решил и почему Мария? – голос стал выше.

- Тебе не нравится? Мария Григорьевна, здорово.

- Надо же, всё решил уже. Но, - выдержала приличную паузу и закончила на весёлой ноте, - мне очень нравится.

- Уф-ф, полегчало, - заулыбался я.

Вообще в эти дни, пока Весела была в роддоме побил все рекорды по телефонным переговорам и с её родителями, и Леонидом и даже переговорил со всеми участниками группы. Настоял на том, чтобы на выписку все не являлись, а то будет толпа, лучше уж потом, в более спокойной обстановке. Так что на пятый день встречали Веселину вместе с Софией и Александром. Услышав её шаги, развернулся на звук, Весела обняла и тихо проговорила:

- Привет. Так по тебе соскучилась. И дочка тебя ждёт, возьмёшь на руки?

- Конечно, - ответил я, чувствуя невольную нервозность.

За спиной Веселины ещё шаги, более тяжёлые и немного дёрганый голос женщины:

- Папа, принимайте дочь.

Когда взял на руки свёрток, вокруг меня будто отключили звук, слышал только её тихое посапывание. Пахло от неё молоком и чем-то таким приятным, родным. Зашевелилась, покряхтела немного, надо же какие звуки. Грудные и странно успокаивающие. Я всё прислушивался к дочке, не хотелось отрываться. Потом в моё сознание вплыл голос Эли:

- Гришань, очнись.

- Да… слушай, она такая классная, - растерянно проговорил я. – Скажи, а можно потрогать?

- Лучше дома. Ты же с улицы, надо руки помыть, - мягко проговорила она.

- А, да. Хорошо.

- Гриша, можно бабушке с дедушкой внучкой полюбоваться? – спросила София растроганным голосом. Я почувствовал её руки и отпустил свёрток.

Сколько же новых звуков, запахов и тактильных ощущений пришло с дочкой. Мне порой не хотелось отпускать её из рук. Никогда не чувствовал такого. Прикасаясь к ней, понимал насколько тонкая и нежная, словно бархатистая кожа. Волосы на голове такие тонкие и мягкие, маленькое личико, черты лица ещё такие нечеткие, но так приятно было прикасаться к ним. Маленькие ручки и пальцы тонкие и хваткие, смешные ножки. А какие она издавала звуки, это вообще что-то невероятное. И мягкое, гортанное гуканье и более требовательные призывы, а уж если хотела есть, тут вообще ни с чем не перепутаешь. Правда Веселина, иной раз удивлялась этому моменту:

- Как ты это различаешь?

- Так слышно же, - пожимал плечами я, - если она мокрая, это её не так беспокоит. А вот еда, вынь до положь.

- Гринька, ты уже с ней разговариваешь, а я вот пока не могу, - обиженно проговорила она.

- Ну, побуду пока переводчиком, - шутливо отвечал я.

Сейчас, спустя почти четыре месяца, я вообще с удивлением для себя понял, что боялся всего этого зря. И что Лёнька оказался в очередной раз прав, говоря о семье и ребенке, тогда на той террасе, в Израиле. Я старался не упускать ничего из того, что нужно было дочери. Купание, посещение врача, прогулки. Кормление, это особенно любопытные ощущения, Эля, всё посмеивалась надо мной и поддевала, мол, сам не хочешь попробовать. На что я усмехался и отмахивался от неё, а вообще интересное предложение. Само собой, как и предрекал Лёня, песни. Это было самым интересным, поскольку Маша очень хорошо успокаивалась и засыпала под моё исполнение, впрочем, как и Веселина.

В тот вечер уснула только Маша. А у меня была интересная новость для жены.

- Эль, Артём с ребятами выпускают наконец-то диск.

- Да ты что! Здорово, молодцы, - воскликнула она, потом через паузу и уже более замедленно, - подожди- ка… с твоими песнями?

- Точно, - улыбнулся я.

- О, вот это… вот это уже полный отпад, - выдохнула Веселина.

- Надеюсь. В принципе получилось очень даже. Мне самому понравилось.

- Ох, Гриш, если тебе понравилось, значит, действительно стоящая вещь получилась, - слегка поддела она. – Что ты с ребятами сделал? Они живы?

- Ну, ты уж… чего с ними будет. Между прочим, Янка на моей стороне. Она не меньше меня их гоняет, - усмехнулся я.

- А послушать можно? – с любопытством спросила Веселина.

- Привезу. Послезавтра. Они хотят в красивом оформлении преподнести. Как я ни убеждал.

- Ну, хочется Артёму всё по-правильному, не осуждай, - примиряюще проговорила Веселина.

- Ни в коем разе. Ты что, - ответил я. Весела подошла ко мне, отвела назад волосы, наклонившись поцеловала и проговорила.

- Гриш, теперь-то ты ощутил свои возможности? Ты совершенно обалденный и талантливый человек. Не зря в тебя Леонид так верил, ты оправдал его надежды, вложенный труд. Да ты и сам сделал столько, что только удивляться можно твоему упорству и сумасшедшей настойчивости.

- Э…Эль, я конечно… то есть мне приятно слышать, но с чего ты вдруг? – несколько опешил я.

- Просто люблю тебя, - вот от этой теплоты в её голосе я таял больше, чем от смысла самих слов.

- Я тоже, - усадил её к себе на колени, - Веселина Александровна, мне без тебя вообще ничего не надо. Ещё неизвестно чьей заслуги в том, что произошло, больше. В конце концов, с Артёмом ты меня познакомила.

- Это ерунда. Остальное-то всё твоё, - со смешливостью ответила она.

- Нет. Вот тут с тобой поспорю и серьёзно. Ты дала мне возможность это осуществить. Вот представь, темно и холодно, барахтаешься со своими насущными проблемами, пытаешься только держаться на плаву и вдруг тебе предлагают лодку и парус, да ещё ветра попутного в него. Невольно начнёшь максимальное движение.

- Это мне нравится, красиво, - улыбка в её голосе, - ещё свободное пространство?

- Оно самое. И, кстати, как хотел Лёня, ты придала мне уверенности.

- С этим соглашусь, - она прижалась ко мне щекой, - ты сейчас такой уверенный папа, фору дашь многим видящим отцам, - усмехнулась легко.

- Так это тоже твоя заслуга, кто меня муштровал перед рождением? – улыбнулся я и вдруг мысль совершенно дурацкая залезла в голову, - слушай, а можешь сказать одну вещь?

- Давай. Ты же знаешь, я спокойно отношусь к любым вопросам, - она ткнула меня пальцем в лоб.

- Ага. Какого цвета сейчас мои глаза?

- Упс, ну и вопрос! – рассмеялась она, - не ожидала. Но вообще, зелёные, светло-зеленые.

- А у Маши?

- Это ты рано спросил, - нравоучительно ответила она.

- Почему?

- Потому что, в основном у младенцев цвет глаз серый, а вот потом меняется. Ближе к году, может даже позже. У каждого свои особенности, - разъяснила она.

- Н-да, подождать придётся, - согласно покивал я и проговорил, - не поверишь, вот говорил тебе, что всё практически помню из прошлого, а вот эта мелочь совершенно не отложилась в голове. Не циклился на своей внешности, наверное.

Веселина провела пальцами по моему лицу и проговорила:

- Ну, так. Ты же мальчишка ещё по сути. Небось большую часть твоей жизни занимали какие-нибудь…, - она приостановилась и продолжила с лёгкой смешливостью, - велосипеды, футбол твой, может быть учёба, что ещё? А! Гитара. А уж потом девушки, в смысле девчонки. Отсюда и появляется интерес к собственному имиджу, до которого ранее руки не доходили.

- Это вот ты здорово расставила, - ухмыльнулся я, - особенно про учёбу, которая точно на первом месте не была. Да и права ты, имидж был ничто. Для меня тогда самым важным было отработать один удар, над которым я бился в поте лица оставаясь после тренировки.

Веселина рассмеялась и проговорила:

Ну, вот об этом я и говорю. А вообще было бы здорово, если бы у Марии были мои тёмные волосы и твои глаза, такая красотка, на загляденье.

- Нет уж. Пусть будут у неё свои и главное, чтобы видели, - я прижал Веселу к себе. От неё самой я ощущал совершенно иные запахи, она несколько изменилась, но мне это нравилось всё больше, словно снова влюблялся в неё, по-новому и это чувство было более волнующим и сильным. Я вздохнул, от неё пахло дочкой и молоком, уткнулся ей в грудь.

- Гришань, с этим полный порядок, что ты? – удивилась она, а я только покивал головой.

Желание к ней поднималось, почувствовал, что начинаю краснеть, давненько этого не было, всё заботы о Маше, как-то уводили в сторону, а сейчас, так тяжело было сдерживаться и дыхание стало глубоким, впрочем, не моё. Я отстранился и дотронувшись до её лица, проговорил:

- Я завожусь, но рановато, да?

- Нет, - мягкий улыбчивый голос.

- Серьёзно? Ты разрешаешь?

- Да что там. Просто хочу. Как могу отказаться от такого румянца, это ж выше моих сил, - смешливо проговорила она. Начала целовать, одновременно поднялась с моих колен и потянула за шею. Так и не отрываясь друг от друга дошли до кровати и просто упали.

Следующая страница




1     2     3     4     5     6     7     8     9     10     11     12     13     14     15     16     17     18     19     20     21     22     23     24     25     26     27     28     29     30     31     32     33     34     35     36     37     38     39     40     41     42     43     44     45     46     47     48     49     50     51     52     53     54     55     56     57     58     59     60     61     62     63     64     65     66     67     68     69     70     71     72     73     74     75     76     77    




















Rambler's Top100