Лифт


Сенька прогуливался в сквере с коляской. Погодка та ещё, но раз обещал, да и надо ж подарок, какой-никакой сестре подогнать на женский день. Он встряхнулся и попрыгал немного на месте, м-да, если бы не мелкий сеящий дождь, было бы много приятнее. Вот Фёдору в его транспорте весьма комфортно, он заглянул внутрь. Спит, конечно. А так ничего прибавил, из-за щёк ушей не видать, карапуз, отъелся на мамкиных харчах. Сенька хмыкнул и покатил дальше по дорожке.

- Не просыпался? – заглянул из-за его плеча Матвей.

- Слышь, папаша, - возмущённо заговорил Сеня, - так можно и няньку напугать.

Тут же получил в ответ лёгкий подзатыльник по капюшону:

- Нянька, понимаешь, - усмехнулся Матвей.

- Ладно, - махнул Сеня рукой, - всё купили? Может, домой. А-то я уже замерз весь.

- Да, порядок, - ответил Глеб. – Пойдёмте к дому.

Поднялись всем составом на десятый этаж. Сенька закатил коляску в прихожую.

- Марин, пока здесь? – обратился он к ней.

- Да. Пусть пока доспит. Распакуй только, а то жарко ему будет, - попросила она. - И Сень, спасибо тебе.

- Да всегда пожалуйста. Чего ты? – кинул на неё удивлённый взгляд.

Она улыбнулась в ответ и вернулась на кухню. Анна уже делала последние штрихи, над каким-то очередным кулинарным шедевром.

- А Сенька справляется, - утвердительно проговорила она.

- Да. Не ожидала. У него хорошо получается. И играет с Федькой, - Марина слегка улыбнулась, - это надо видеть, а ведь ему только четвёртый месяц пошёл.

Анна покивала головой, а по губам тоже заскользила улыбка. Она чувствовала, что между малышом и Серафимом возникла какая-то неведомая связь. Повлиял ли тот день? Возможно, всё возможно. Пришлось в очередной раз принять на себя роль взрослого человека, да ещё и ответственного за жизнь двоих. Все те события словно переплели их вместе, заодно и ещё более сблизив с Матвеем и Мариной. Но одновременно странным образом отдалили его от тусовок его круга, вот это несколько волновало Анну. Глеб был на этот счёт спокоен и говорил, что ничего страшного в этом нет. Всё перемелется.

- Мамочка, сын проснулся. Кормить будешь? – Сенька заглянул в кухню.

- Ах ты. Даже не слышала, - Марина вручила ему блюдо с овощами, - тащи на стол.

Она вышла в коридор, Матвей достал Фёдора из комбинезона и держал на руках:

- Слушай, какой же он… вынь, да положь, в смысле еды, - удивлённо задрал брови.

- Да вы все мужчины, такие. Не заметил разве, - поддела Анна.

- Ну, наверное, - усмехнулся он, обратился к Марине, - пойдём, покормишь. А потом и сами посидим.

- Ага, если даст, - ответила с улыбкой она.

- Ничего он парень серьёзный, займётся чем-нибудь важным, - проговорил Матвей, обращаясь к сыну.

- Точно, - подключился Сенька, - надует.

- Я тебе…, - беззлобно ответил Матвей.

Марина улыбнулась их перепалке и направилась в спальню, Матвей нёс уже начавшего капризничать сына. Устроилась на кровати и взяла Фёдора, приложив к груди, махнула рукой от себя:

- Матвейка, не смущай.

- Чего ты опять стесняешься? Нет уж, не пойду, - он присел на кровать, нахмурившись. Марина только кинула в него укоризненный взгляд и покачала головой. Матвей отвернулся, но из комнаты не ушёл.

Фёдор так и заснул не отрываясь, она аккуратно отняла его, он почмокал и улыбнулся. Марина привстала и уложила его в кроватку. Почувствовала сзади объятие и вопрос на ухо:

- Почему?

Ответила тихонько:

- Это же кормление, понимаешь? Я же не из бутылки.

- Вообще-то я отец. Разве не могу посмотреть, как ты кормишь сына? Ты за всё это время ни разу не позволила, я не понимаю, что не так?

- Матвей, - возмущённо зашептала она, - нас гости ждут, а ты сейчас выяснять собрался?

- А по-другому, ты увиливаешь и избегаешь этого разговора. Так хотя бы разговариваешь об этом, - Марина слышала обиду в его голосе.

Она развернулась к нему, взяла за руку и практически насильно вывела его из спальни. Выйдя, улыбнулась компании их ожидавшей, проговорила:

- Мы на минуточку, - и затолкала упирающегося мужа в будущую детскую, поставила против себя, - Матвей, на что ты обижаешься?

- На тебя. На твои действия, - он всё больше хмурился, - ты не доверяешь мне?

Она даже задержала дыхание, затем заговорила растерянно:

- Не думала, что тебя это так задевает.

- Да. Задевает, - согласно кивнул он.

- Матвей, - она прикоснулась к его щеке, но он мотнул головой, отвернулся. Марина же заговорила запинаясь почти на каждом слове, - я не совсем понимаю, почему ты так настаиваешь. Ты можешь объяснить?

Он вздохнул, сел на пол, скрестив ноги. Мебели в комнате пока не было, и хлопнул ладонью напротив себя, поднял на неё глаза. Марина присела и внимательно наблюдала за ним.

- Ты как-то говорила, что хочешь испытать всё со мной. Но и я хочу того же. Ты боишься, но чего, я не понимаю. Стала закрываться от меня, даже спишь одетой.

- Но ведь, врач пока…, - снова растерянно заговорила она.

- Да при чём тут врач? – сердито заговорил он, - он что ли тебе говорит спать в пижаме? Ты кстати была на приёме, как у тебя идёт восстановление?

- Ты думаешь только о сексе, - нахмурилась она.

- Марина, я вполне взрослый мужик, чтобы себя контролировать. Да хочу, но я ж не бросаюсь на тебя. Я всё понимаю. И не о том я говорю. Ты моя жена, а ведёшь себя как соседка, разве что спим в одной кровати. Я этого не понимаю и хочу другого.

- Но, - замешкалась она, опустила глаза, - понимаешь… я разговаривала с ба…

- Нет, вот только… нет. – Перебил Матвей и стукнул кулаком в пол, - Марина, ну, зачем? Что ты делаешь-то?

- Что? – распахнула глаза.

- Какая на фиг бабушка? – настойчиво заговорил Матвей, - твоё восстановление будет длиться ещё год и ты так и будешь от меня шарахаться? И ещё она тебе сказала, что не мужицкое это дело с младенцем, да? И не фиг мне пялиться на тебя кормящую?

- А-а… как ты? – изумлённо спросила она.

- Мариш, у неё случайно маразма нет? – с горькой иронией произнёс он, - ну, это точно постулаты девятнадцатого века, если не раньше…

- Матвей, да чёрт же возьми, я сама себя стесняюсь… мне не по себе. Я ни в одну свою шмотку не влезаю, как, как…

Он резко переместился к ней и обнял за голову, прижав к себе, чтобы она не могла больше ничего сказать. Заговорил сам:

- Вот точно детский сад. Мариш, ты моя жена. Я тебя, слышишь, люблю. Как бы ты не поменялась. А сейчас всё в норме, ты ж мамаша кормящая. Сыну молоко нужно, потому и ты такая сейчас. Ребёнок сам тебе помогает восстанавливаться, когда сосёт грудь, понимаешь? Запускает он этим процесс этот. Всё поменяется, что ж ты об этом у своей бабули не спросила.

Марина пошевелилась, он отпустил, но приподнял вверх её подбородок.

- Не надо, - она помотала головой, в глазах слёзы.

- Мариш, кончай от меня бегать, не могу уже.

- Но я… я ж на себя не похожа. Мне казалось, что ты…, - он ухватил её пятерней и закрыл рот.

- Прекрати. Не хотел тебе говорить, но у меня прям второй дубль, - заговорил напряжённо и с горечью в голосе, - дочь родилась и я ни разу не подошёл к её мамаше. Вообще. Подстрекаемая своей матерью, она меня шугалась, готов был на сторону бежать. Вот только Владка и не давала этого сделать, поскольку заботы о дочке были на мне.

Он отнял руку от её лица, смотрел на неё с болью и досадой.

- Прости, - еле выговорила Марина.

- Я не хочу этого. И вспоминать не хочу, - жёстко выговорил он.

- Матвей, прости, - снова повторила она.

Он привлёк её к себе, откинул волосы со лба:

- Ты отличная мама, но не выключай и меня, ты же моя жена. Я тебя по прежнему хочу от пяток до макушки. Не представляешь, как ты для меня привлекательна именно сейчас. Мне нравятся все твои изменения и заметь это же ненадолго, через год опять будешь как девчонка, у тебя фигура такая, конституция. А сейчас ты другая. Мягкая, немного расслабленная, это всё материнство и оно тебе идёт.

Марина положила руку на свой живот и вопросительно взглянула на него:

- Но вот, не уходит же?

- Три месяца с небольшим, чего ты хотела? И повторюсь, мне это нравится. У тебя даже кожа другая, а ты не разрешаешь дотронуться. А уж…, - он уткнулся в её грудь, проговорил, - как изменился твой запах. Это что-то…

- Матвейка, - она нерешительно провела по его волосам.

Он со вздохом оторвался от неё и уставился в её глаза, странным и расстроенным взглядом:

- Мариш, ну люблю я тебя, понимаешь ты это?

Она взяла его за руку и провела по ладони, покивала и проговорила:

- Да. Я тоже, очень. – Вскинула на него голову произнесла, слегка всё же хмурясь, - врач сказал, что всё в норме, после родов. Но нужно беречься. Безопасно чтобы… но мне всё равно неуютно от себя самой.

- Ох, сладкая. Маленькая девчонка, как была, так и осталась. Иногда только твой вуз проскакивает. Ну, хоть сегодня без этой дурацкой пижамы? Убедил я тебя? – он провёл по её лицу, вытирая слёзы.

Марина закивала головой.

- Как хорошо-то. Я тебе потом, вечером, кое-что скажу. А сейчас, Мариш, давай-ка, соберись. Извини, что на тебя наехал именно сегодня, но ты никак не хотела со мной поговорить. Только вот Шанины и помогли.

- Да, - она обняла Матвея за шею и спросила на ухо, - а почему не скажешь сейчас?

Он усмехнулся, крепче обхватил её за талию и поднялся вместе с ней на ноги:

- Потому что это только для вечера. А сейчас у нас гости.

Следующая страница



1     2     3     4     5     6     7     8     9     10     11     12     13     14     15     16     17     18     19     20     21     22     23     24     25     26     27     28     29     30     31     32     33     34     35     36     37     38     39     40     41     42     43     44     45     46     47     48     49     50     51     52     53     54     55     56     57     58     59     60     61     62     63     64     65     66     67     68     69     70     71     72     73     74     75     76     77     78     79     80     81     82     83     84     85     86     87     88     89     90     91     92     93     94     95     96     97     98     99     100     101     102     103     104     105     106     107     108     109     110     111     112     113     114     115     116     117     118     119     120     121     122     123     124     125     126     127    


















Rambler's Top100