Проша


- Ох справный молодец, справный, - хлопотал по кухне Прохор.

- Это ты про себя? – удивилась я.

- Нет, я хозяйственный, а вот он справный, да семи пядей во лбу, да и собой пригож. Не так ли? – хитро посмотрел так на меня.

- Так ли, так ли. Прохор, вот я по твоему наущению попыталась у него аккуратно спросить, но ничегошеньки не вышло, - рассердилась я.

- Ох ты, матушки! Да точно ли так? В лоб вопрошает, а потом вся в удивлении? – всплеснул он руками.

- М-м-м, Прохор! Ну, с языка сорвалось, не надо этого было спрашивать. – Действительно куда уж прямее. Я сжалась на стуле.

- Ох, Катеринушка. Вот тебе молока кружка, с медом. Пей и спать-почивать. Утро вечера мудренее. - Сердито сунул мне кружку в руки и был таков, в сизом мареве.

Отпивая потихоньку молоко, я ругала себя последними словами. Ну, вот зачем я его так спросила, прав Прохор, действительно – в лоб. Себя бы представила на его месте, злорадно подумала я. Тебе бы приятно было? Наглая ты девица, однако, Екатерина Любавина, горько подумала я про себя. И тут же мне ужасно стало жалко и Андрея и себя, и даже Прохора. Сидела и ревела, допивая молоко, заботливо преподнесенное Прошей, потом завернулась на кровати в одеяло с головой и заснула.

Снился мне дремучий лес, солнце где-то рядом, жарко, но за этим буреломом не видно его. Странно, подумалось мне, в лесу и жарко? А где же прохлада лесная? Я лезла сквозь поломанные ветки, они меня хватали за ноги и за руки. Я чувствовала, что и одежда на мне трещит по швам, но я упорно лезла на малюсенький просвет среди деревьев. Когда, казалось, вот-вот я его достигну и выйду на полянку, с мягкой зеленой травой – сон оборвался…

Я выбралась из-под одеяла, протерла глаза, открыла их. На краешке кровати сидел Прохор, поджав по себя ноги и что-то напевал под нос.

- Привет.

- С добрым утречком! – встрепенулся он.

- Ты сторожишь меня что ли? – голос мой был еще хриплым со сна.

- Оберегаю.

- Было б от кого? – вспомнились вчерашние горькие мысли.

- Ты, хозяюшка, поменьше по чаще лазай, целее будешь, - сердито проговорил он. От этой его фразы я мгновенно проснулась, захлопав глазами.

- Прохор! Ты что мой сон видел?

- А то как же, - ехидно произнес он, - куды тебя понесло-то, а?

- Так…, - не поняла я, - что значит понесло? Это же сон!

- Тебе надобно было кружку молока испить и со светлой головушкой почивать, говорил же я, утро вечера мудренее. А ты чего удумала? Таперича будет квелая ходить…

- Ну, знаешь! – отшвырнула одеяло от себя и громко топая направилась в ванную, в след же мне неслось его бормотание.

- Ну, водою-то омоется, да может, и мысли в головушке уложатся.

Я развернулась у двери в ванную топнула ногой и погрозила ему кулаком, на что тут же получила в ответ:

- Иди, срамница, неча тут телеса свои белые обнажать, я ж хоть и оберегатель, но как есть, мужчина.

Ох ты, елки-палки! Я метнулась в ванную и закрыла дверь на замок. Вот же! Даже от злости и не подумала, что стою перед ним в легкомысленной, так называемой пижамке, поскольку, что она там могла особо прикрыть – непонятно. Встала под душ. Ох, как хорошо, вода прохладная и вправду освежала и смывала все дурные мысли.

Прохор встретил накрытым столом с кашей, плюшками и горячим кофе. Удивил:

- Проша, каша, плюшки – это по-русски, а кофе-то как тут оказался? – улыбнулась я.

- Хо! Катеринушка, так кофей почитай с семнадцатого веку попивают. Правда, поначалу-то только особые персоны потребляли, но опосля Великий-то всех приучил, - удивленно и наставительно проговорил он, будто это само собой разумеющееся событие.

- Петр Первый? – глупо спросила я.

- Катеринушка, но кто ж еще-то окромя его?

- Ты еще скажи, что лично его знал, - позлорадствовала я.

- Лично не знавал, а вот матушку привечал, ох как она любила-то его, одна-то и могла его утихомирить, на своей груди в сон его ввергала…, - мечтательно проговорил Прохор.

Я сидела, распахнув глаза и открыв рот.

- Катеринушка, ты чегой-то? – спохватился он.

- Т-так… то есть, т-ты серьезно? – еле выговорила я, глядя на него распахнутыми глазами.

- А то как же? – возмутился он праведно.

- Почему тогда я? Что я царица что ли? – в голове у меня прямо шум нарастал какой-то.

- Хозяюшка, ты моя распрекрасная, - вкрадчивым голосом начал Прохор, - неужто не смекнула?

Я отрицательно помотала головой. Он вздохнул и сочувствующе посмотрел на меня:

- Величали-то ее как, помнишь?

- К-катерина…

- Во! Подишь ты, вспомнила! – радостно произнес он. Я с недоверием смотрела на него. А он чуть в ладоши не хлопал.

- Царицы ни при чем, как я понимаю? – недоумевающе уточнила я.

- Ни на полушку! – опять радостно вскрикнул он.

- Что, что?

- Нисколечко, говорю, - пояснил он, - имя только надобно.

- Вот как.

- Катеринушка, ты кашу-то кушай, а то выстынет вся, - ласково посоветовал Прохор.

Следующая страница

1     2     3     4     5     6     7     8     9     10     11     12     13     14     15     16     17     18     19     20     21     22     23     24     25     26     27     28     29     30     31     32     33     34     35     36     37     38     39     40     41     42     43     44     45     46     47     48     49     50     51     52     53     54     55     56     57     58     59     60     61     62     63     64     65     66    


















Rambler's Top100