Проша


Ожидание затянулось, мы успели посетить Льва Игоревича с семьей, когда наконец-то пришло долгожданное сообщение от Ивана. Как обычно, в книге со сказками, возник плотный листок. Андрей прочел и протянул мне:

«Встречаемся на Болотной площади, сегодня в ввечеру, в шесть. И.»

- Катюш, ты только оденься потеплее, сегодня подморозило, - обеспокоенно произнес он.

- А ты лекарства с собой возьми, - наставительно ответила я. Он кивнул.

Ровно в шесть мы были на площади. К вечеру действительно похолодало. Снег прекратился и установилась звенящая морозная гладь, хотя бы без ветра, и то хорошо. Гребень и булавку с платком я завернула в ту самую ткань, и еще упаковала в пакет, для верности. Андрей смотрел на меня тревожными глазами. Эх, не помешал бы сейчас ему этот платок-то, враз бы успокоился, подумала я не вовремя.

- Тебе не холодно? – спросил он.

- Андрюш, я как капуста одета. Мне весьма комфортно, не беспокойся. Ты вот сам-то как?

- Да, нормально. Ты меня тоже, знаешь ли, заставила одеться как на Северный полюс, - усмехнулся он и, похоже, немного расслабился.

- Катюша, Андрей, доброго здравия вам! – поприветствовала Василиса. Лицо её было напряженным, но полным надежды.

- Здравствуй, Василис, - ответили мы нестройно.

- Привет, ребята! – появился и Иван. Василиса посмотрела на него внимательно. – Всё в порядке они нас ждут.

- Где, хоть, просветите? – спросила я.

- Так, в том же ресторане, где вы в прошлый раз были, - спокойно сказал Иван.

- О, как. Нежить, значит, американские сэндвичи предпочитает? – удивился Андрей.

- Так они хоть и нежить, изобразить пирушку любят. Пыль в глаза друг другу, да и другим, попускать, тьфу, - Ивана перекосило.

- Ванюша, поспокойнее надобно. Постороже надо быть, – проговорила Василиса.

- Да, да, - нехотя выговорил Иван, но глубоко вздохнул и посмотрел на нас уже с присущей ему улыбкой.

Мы направились в тот самый ресторан. Выбрали столик и расположились за ним. Через пару секунд рядом повеяло каким-то мерзким запахом и холодом, я даже шубу обратно натянула на плечи. Рядом со столом стояли три нежно-холодных девицы и еще одна, ну, просто жуть. Девицы скользнули за стол, словно проплыли, а кикимора уселась скраешку. Странное ощущение было у меня от этих русалок. Вроде бы и красивые, но настолько жесткая и просто леденящая их красота была, вдобавок сквозь каждую черточку сквозило необыкновенное высокомерие, постоянно менявшее их черты. Кикимора же, была бледненькая, скорее даже зеленая, если бы не свет в ресторане.

- Так что же предложить можешь, - надменно пропела одна из русалок.

- Предложить есть что, Мава, - ответила Василиса распевчато. – Нам знать надобно согласны ли вы?

- Иван нам поведал о дарах волшебных, так ли это? – спросила другая русалка и уставилась на меня холодными бледно-зелеными глазами.

- Так, - ответила я коротко.

- Покажи же, - приказала она, буравя меня взглядом и плавно перетекла через стол, почти к моему носу. Андрей рядом дернулся, но я сжала его руку.

- Э-э, матушка! – встрял Иван, - покажи ей! Ты слово еще не дала, Ундинушка.

Та, в ответ зашипела и села обратно на диван.

- Мава, Ундина, Никса! У вас нет причин не верить мне, не так ли? Что те дары существуют, вам ведомо. В доверие могу изображение показать.

- То не надобно, - снова холодный надменный голос.

- Так что ж? Свершим сей обмен? – Василиса склонила голову набок.

- Зачем хочешь разрушить связь сию? – уставилась на меня Ундина.

- Прохор мой друг, - ответила я.

Вся четверка дружно зафыркала и зашипела.

- Дружба?! – скривившись, спросила Мава, - она горячая, нехорошо.

- Это вот как жа? – вопросила вдруг кикимора, обращаясь к Василисе, - это ж ентим рыбохвостым, ты гостинцы устраиваешь? А мне-то что с того?

- Шимора, с тобой я отдельно поговорю, мы же в прошлый раз не решили полюбовно, не так ли?

Она зашикала и вдвинулась в спинку дивана, позыркивая оттуда злыми глазками на Василису.

- Ну? Так как девушки? – бодро обратился Иван к русалкам. – Меняемся?

- А может, вы нам хворобого отдадите? – прошелестела третья русалка, Никса. – Он хоть и страдалец, да больно хорош.

Андрей пристально и зло посмотрел на русалку, сдвинув брови.

Она извивалась, словно в воде плыла и зазывно окидывала взглядом Андрея. Произнесла опять надменно и медленно:

- Елисеевы корни. Хорош собою. А зачем с жизнью расстаться хотел? Было такое, было. Коли решился бы тогда, может сей момент моим был? Иди ко мне, раскрасавец, - поманила полупрозрачным пальцем.

В глазах Андрея стало темным-темно. Он скривил губы, но ничего не ответил. Меня же в этот момент пригвоздило, как это расстаться?

- О том уговору не было, - твердо произнесла Василиса, потом наклонила голову и словно читая какое заклинание произнесла, - Никса, из холодного омута переместиться в пламень желаешь?

Русалка замерла, глаза зажглись холодным огнем:

- Такова ли ее любовь? – воскликнула она зло и высокомерно.

- Так проверь, - пожала плечами Василиса. Посмотрела на меня открытым спокойным взглядом.

Никса перетекла через стол, впиявясь в меня холодными водянистыми глазами, протянула полупрозрачную руку к моему лицу. Только она дотронулась, тут же ее отбросило назад, словно кто током шибанул. Она с ужасом смотрела на меня. Я же, надо сказать, ничего не почувствовала даже.

- Хочешь его проверь, - спокойно предложила Василиса, указав глазами на Андрея.

Она только злобно зашипела.

- Уговор первый разрываем, - надменно проговорила Ундина, - обмен состоится.

Она стукнула по столу рукой. На нем остался мокрый мерцающий отпечаток. К нему же присоединились еще две руки. Кикимора поежилась, пошебуршилась и приложила свою, оставив зеленый мшистый отпечаток.

Василиса кивнула головой, посмотрела на Ивана. Они сложили ладони друг друга, посмотрели в глаза и одновременно хлопнули ладонями рядом с другими отпечатками. Над столом заискрило, замерцало прозрачным, зеленым и красным и обрушилось обратно. Василиса посмотрела на меня. Я достала из сумки пакет и протянула ей.

Как только русалки и кикимора увидели подарки – обомлели.

- Он существует и вправду, - воскликнула Мава.

- Плат и булавка, - изумленно, но всё так же высокомерно проговорила Ундина, - думала, что утеряно навеки.

- Уговор! – грозно произнесла Василиса.

- Ах! Да! – надменно спохватилась Ундина и обратилась ко мне, - зови, что сидишь?

Я, замялась, потом вспомнив Прошкины назидания, громко произнесла:

- Прохор, появись!

Прошка застыл в немом изумлении около меня. Я положила ему руку на голову. Всё ж невысокий он, как ребенок.

- Так идите, что стоять?! – надвинулась на меня Никса, прожигая бледным холодным взглядом.

Я бросила взгляд на Василису, она покивала головой и слегка оттолкнула от себя Ивана. Он встал, подошел к нам и вывел на улицу.

Следующая страница

1     2     3     4     5     6     7     8     9     10     11     12     13     14     15     16     17     18     19     20     21     22     23     24     25     26     27     28     29     30     31     32     33     34     35     36     37     38     39     40     41     42     43     44     45     46     47     48     49     50     51     52     53     54     55     56     57     58     59     60     61     62     63     64     65     66    


















Rambler's Top100