Проша


Жизнь превратилась в скачки. На работе аврал, как обычно, к концу года. Звонки, клиенты, которым еще вчера, оказывается, нужно было разместить заказ. Кстати, так каждый год, что меня всегда изумляло и одновременно приводило в тихое безумство. Ну, почему нельзя заранее подумать о корпоративных мероприятиях, к которым вам нужны буклеты, листовки, книжки, брошюры и тому подобная атрибутика.

Подготовка к свадьбе, которую мы упорно от себя отодвигали. Благо были несравненные помощники в виде сестры Ольги и моей многочисленной семьи. Данную ответственность на себя взяла, в основном, женская ее часть. Единственное, о чем я просто умоляла, не устраивать пышных торжеств.

Моя беременность, которая тоже служила предметом всеобщей тревоги к тому же заставлявшая нас с Андреем беспрестанно бегать сдавать бесконечные анализы и посещать, то и дело, такую же бесконечную вереницу врачей. Ангелина Яновна, бодро радовалась моему здоровью и нашего малыша, говорила, что обыкновенное чудо, а может быть, и необыкновенное?

Ну и само собой, никто не отменял новогодних празднеств, к которым тоже надо было бы подготовиться.

- Алло, да мам, привет.

- Катенька, здравствуй. Как у вас дела?

- Отлично, - пыталась я отпихиваться от Андрея, который обхватил меня сзади и сдвигал в сторону от рабочего стола кухни.

- Дай, я сам, - шепнул он на ухо и аккуратно вынул нож у меня из руки.

Я присела на стул. Мы с мамой обсудили некоторые детали торжества, потом она попросила:

- Катя, пожалуйста, выспитесь как следует. День всё-таки тяжелый, тем более для Андрея. Хорошо?

- Мама, ну что ты в самом деле? Не волнуйся, мы будем в порядке. Как стойкие оловянные солдатики, простоим всю церемонию. Она, кстати, длинная?

- Не очень. Саша договорился, так что вы первые.

- Саня, это умеет, - похвалила я брата.

- Ну, хорошо. Давай прощаться, завтра увидимся, - похоже, мама всплакнула.

- Мама, что такое? – обеспокоилась я.

- Я за тебя очень рада. И за Андрея. Передай ему привет. Спокойной ночи.

- Пока мам. И вам тоже с отцом.

Я положила трубку на стол:

- Тебе привет.

- Спасибо. Держи, - передал мне салатник и бутылку с растительным маслом, - заправляй.

- Ты готов? К завтрашнему страшному испытанию? – грозно спросила я.

Он хмыкнул, потом повернувшись ко мне:

- А ты сама-то, готова?

- Ой, стараюсь… Изо все сил, - улыбнулась я. – Так хочется побыстрее – бац! И уже жена.

В этот момент из угла раздался знакомый до боли голосок с хрипотцой:

- Ох, всё бы ей побыстрей, да поскорее…

- Прошка, Прошенька! – взвизгнула я. Андрей оторопело смотрел на восседавшего на стуле Прохора.

- Прохор, ты как тут? – наконец спросил он, пока я тискала в объятиях своего охранителя.

- Ох! Ох ты! Так то ж, Катеринушка! Задушишь, часом. – Я отпустила его.

- Проша! Как я рада тебя видеть! – улыбалась я во всю ширь.

- Так и я безмерно рад. Токма ты поаккуратней, хозяюшка. – Сказал он, оправляя свою косоворотку. Потом окинул меня понимающим взглядом, - а похорошела-то, налилась, ох, тебе в пользу, в пользу.

- Проша, - погрозила я пальцем, чувствуя, что щеки становятся пунцовыми.

- Так то ж? Оно правда всё. – Повернулся к Андрею, - ух! Всё справно сделал, - похвалил он, чем ввел Андрея тоже в краску.

- Прохор, ну… ты лучше, давай, поужинай с нами, - прочистив горло, сказал Андрей.

- А и не откажуся, - кивнул головой.

- Угощайся, - подвинула ему тарелку с курицей и салатом.

- Хозяюшка, что надо сделалась, - похвалил он уминая еду.

- Так, а что привело тебя? - спросила я, чуть позже.

- Так то ж, Катеринушка, ты как всегда недодумала, а? – хитро взглянул на меня.

- Да, вроде всё своим чередом идет, - пожала я плечами.

- Ох ты! – всплеснул он руками, - а что ж завтра-то у вас городится? Не свадьба ли?

Андрей рассмеялся:

- Да уж! Надо было догадаться. Это гораздо проще, чем слова нужные? – обратился он к Прохору.

- Так то ж! Конечно!

Андрей улыбался и качал головой.

- Передать мне вам велено! – он протянул мне сверток, обернутый в чистую белую ткань.

Развернув, я увидела необыкновенное по красоте украшение, скорее гребень. Старинный, тяжелый, украшенный камнями. Такое ощущение, что из века пятнадцатого. Обработка камней было несколько грубовата, но смотрелся он здорово, настоящая винтажная вещь. И жемчужно-серый шелковый платок, как мне показалось сначала, но Прохор развеял мое незнание:

- То ж, мужеский плат. Или как-то сейчас говорят?..

- Галстук, - поправил Андрей.

- Вот! Это понятно тебе, Андрюшенька, - протянул он.

Андрей несколько смущенно принял этот галстук:

- Э-э, Прохор… Понимаешь, какое дело… я это завязывать не умею.

- Да что ж за наказание! Нынешние вы токма эти вот, свои джизы, оденете и куфтейку через голову и готово! Нет чтоб как по правильному. Костюм, да приукрасить немного. Вот пластроном, галстуком. А они всё, фьюить, и готово. Оделся!

- Ну, да. Так проще, - согласился Андрей, улыбаясь.

- Да что ж вы без меня делали-то, а? Повяжу я тебе завтрева пластрон этот. Дак, там еще булавка была…

Я снова посмотрела на разложенную ткань. Действительно изящная такая, с прозрачным камнем. Красота!

- Прохор, - неуверенно обратилась я к нему, крутя в руках этот гребень, - а я-то куда его должна воткнуть.

- Прическу-то пойдешь в цирюльню делать, вот и приладишь, - уверенно сказал он.

- Нет. Я не записывалась. У нас тут очередь сумасшедшая была, так что я в пролете. Сама собиралась делать, - растерянно проговорила я.

- Ох ты, матушки! У тебя же такой красоты необыкновенной наряд-то подвенечный, а она чего творит!? – всплеснул он руками.

- А-а… Проша! Откуда ты знаешь?

- Видал! – огрызнулся он. Потом распорядился, - спозаранку встанешь, наведу тебе красоту. И чтоб не проспала! – грозно закончил он.

- Слушаюсь! – вытянулась я и приложила к голове руку.

- Так то ж! – кивнул он головой. – Так таперича, слушайте. Андрей, плат сей, да булавка на время завтрашнее ослабят болезнь твою. Будет тебе легче от их действа и ночь пройдет спокойно, - хитро улыбнулся он.

- Спасибо, - просиял Андрей.

- Да, вот что. На кольцо поглядывай, - подмигнул ему.

- Так, а…, - поднял руку с кольцом Андрей, - оно же…

- Так то ж, ноченька-то особенная, - сощурил хитрые глаза Проша.

Потом обратился ко мне:

- А тебе Катеринушка, сей гребень красоты добавит неописуемой, хотя куда уж больше-то. Это я к тому, что вот твоими замазками не надобно намазываться, поняла что ли? Ну и тоже поддержит.

- Ого! Спасибо, Проша. Так бы всегда!

- Всегда не получится, а токма по дням торжественным надобно такое использовать, - назидательно сказал он. - Ну, а прическу сделаю, так и быть.

Мы стояли сжимая в руках необыкновенные подарки, и похоже, даже не дышали. Из ступора вывел нас банальный звонок Андрюшкиной напоминалки.

- О! Вот и пора баиньки, - проговорил Прохор, - Андрей принимай свои вот эти вот… пилюли, - почему-то поморщился он, - и я вам колыбельную спою.

Я чуть не поперхнулась:

- Проша!? Мы и так как-нибудь заснём.

- Вот как-нибудь – не надо, - опять поднял палец вверх, - надобно почивать со светлой головушкой, а утро встретить бодрыми, да свежими.

- Ага, ладно. А вот?.. – не успела я договорить, как гаркнул:

- А ну марш в постель! - развернулся и грозно, - Андрей? Выпил?

Андрей удивленными глазами следил за всем разворачивающимся действием и только кивнул головой.

- Вот и ты марш!

Мы улеглись, всё ещё находясь во взвинченном состоянии. Прохор тут же начал мурлыкать под нос песенку, которую мы и до середины не дослушали.

Следующая страница

1     2     3     4     5     6     7     8     9     10     11     12     13     14     15     16     17     18     19     20     21     22     23     24     25     26     27     28     29     30     31     32     33     34     35     36     37     38     39     40     41     42     43     44     45     46     47     48     49     50     51     52     53     54     55     56     57     58     59     60     61     62     63     64     65     66    


















Rambler's Top100