Проша


Последующие два дня выходных я посвятила дому и хозяйственным делам, в коих мне способствовал Прохор. Научил еще кое-каким рецептам русской кухни. Я ему была благодарна за помощь, за заполнение свободного времени, потому что думы мои были направлены на Андрея.

Я, как и обещала ему крутила, вертела факты и домыслы, пытаясь соединить все вместе. Пока что вырисовывалось следующее: либо у него была какая-то травма в прошлом, либо он и сейчас чем-то болен, либо есть риск чем-то заболеть, типа наследственных всяких гадостей - но что по любому вело к обследованию в больнице. Я склонялась ко второму варианту, поскольку меня смущала его диета, вряд ли она бы соответствовала первому или третьему варианту. Но и с желудком это вряд ли связано. Неужели нужны такие долгие обследования с подобными заболеваниями, да еще в стационаре. Не будучи врачом, это трудно оценить, понятное дело, но все же? Еще меня задевал тот факт, что он не звонил мне и я не могла с ним связаться, по причине отключенного телефона.

- Катя, зайдите пожалуйста, - раздался голос моего шефа.

- Да, Лев Игоревич? - Он передал мне стопку документов, как всегда с уточнениями и комментариями.

- Катюша, еще Мишу вызови на два, нужно в типографию съездить.

Я кивнула, пребывая в своих мыслях. Лев Игоревич посмотрел на меня удивленно:

- Что-то, Катюша, последнее время ты очень задумчивая. Случилось чего?

И вот, что я ему скажу. Не выхожу из состояния туманности, потому что все думаю о вашем племяннике?

- Лев Игоревич, все нормально, - вышло как-то неубедительно.

- Катя. Говори прямо, что произошло? – уже настойчиво повторил шеф. Я молчала, прижимая стопку документов к груди. - Это не из-за работы?

Я мотнула головой. Он глубоко вздохнул и отодвинулся от стола.

- Катюша, обычно я не лезу в такие дела… но, скажи… ты из-за Андрея?..

Я еле сглотнула и уставилась на него. Он опять вздохнул, на этот раз как-то очень тяжело и сказал:

- Катя… как бы тебе пояснее-то все донести?.. Понимаешь, Андрейка, для меня как сын, после некоторых событий. И положение… его таково, что он… вынужден, - он задумался, потом кивнул головой, - да, именно так, в общем, он рассказал о ваших встречах. Только не думай ничего лишнего, просто так действительно надо, понимаешь?

Я неуверенно кивнула головой, несколько завуалированной фразе Льва Игоревича, он продолжил:

- А сейчас он в больнице, проходит очередное обследование. Ну, это ты и так знаешь, так вот обычно связи с ним нет. Он телефон туда вообще не берет.

Я подняла голову и наконец, спросила:

- А навестить его можно? Или хотя бы позвонил со стационарного…

- Катюша, потерпи. Он должен выйти через три дня. Хорошо? И потом, все-таки, я считаю…, - он сделал неопределенный жест рукой и досада отразилась на его лице, - что он сам должен тебе рассказать. Не должен я влезать… Потерпишь?

Я снова кивнула головой и вышла из кабинета. Терпеть, так терпеть.

За обедом угрюмо смотрела в свою тарелку и водила в ней ложкой. Ко мне кто-то подсел:

- Катюш, ты чего такая? Не хмурься, - Василиса потрепала меня по руке.

- Василис, знаешь, чего сейчас хочу больше всего? – с тоской спросила я.

- Делись, - спокойно ответила она.

- Залечь на дно, - тоскливо произнесла я.

- Ого! Не рано ли?

- В смысле, - удивленно посмотрела на нее.

- Еще ж ничего не ясно, - неопределенно ответила она.

- У меня такое впечатление, что все вокруг знают больше меня, но ни в коем разе не собираются делиться знанием, так сказать, - запальчиво выговорила я.

- Катюш, успокойся. Поверь, ничего не знаю. Но ты ходишь и страдаешь так, что слепой не увидит только, да и то почувствует, - убедительно проговорила она.

- Ага, то есть мне надо прекратить страдать, так что ли?

- Да. Возвращайся. Или хотя бы сделай хорошую мину при плохой игре. Ты же это умеешь! – твердо сказала Василиса.

- Постараюсь, - буркнула я и уткнулась в тарелку. В этот момент Василиса что-то пробормотала себе под нос, мне послышалось имя – Прохор. Я изумленно подняла на нее глаза, - ты что-то сказала?

- Да, нет, - махнула беспечно рукой и улыбнулась, - это я о своем.

- Нет, нет! – настаивала я, - ты сказала имя, достаточно редкое сейчас.

- Имя? Ах да! Федор. Помнишь, наш клиент Храмов. Мне нужно с ним связаться, там чего-то мы недопоставили, - заговорила она торопливо.

Я недоверчиво на нее посмотрела, но продолжать тему не стала. У меня снова возникло ощущение, что меня дурачат, или, по крайней мере, что-то скрывают, недоговаривают.

В этот вечер, как и в предыдущие Проша окружил меня заботой и работой. Мы постигали очередной рецепт.

- Да что ж ты делаешь-то, хозяюшка! – воскликнул он.

Я посмотрела на плиту. Так, молодец, саркастически подумала про себя. Сыпанула перцу в борщ от души, кто ж его такой есть-то будет? В этот момент Прохор, все еще качая головой, легонько подул, и еще не утонувшие крупинки исчезали, поднимаясь в воздух. Я неотрывно, и все больше изумляясь, смотрела за поднимавшимся от кастрюли вихрем из перца.

- Ух ты! – невольно вырвалось у меня.

- С тобой все ворожейство вспомнишь! - в сердцах сказал он, потом хитрющими глазами посмотрел на меня.

- Что?

- А ты справно поварничать стала.

Я застыла с половником и удивленно задрав брови смотрела на него:

- То есть это комплимент?

- Ага, - кивнул он довольный донельзя.

- И готовить раньше, по-твоему, я не умела, - теперь я уперла руки в бока, не выпуская половника.

- Это… ты… хозяюшка, - он отодвинулся вместе со стулом, - ты вот поварешку-то положь…

- Правильно боишься, - рассмеялась я. Он подхватил мой настрой и мы вместе заливались смехом.

Следующая страница

1     2     3     4     5     6     7     8     9     10     11     12     13     14     15     16     17     18     19     20     21     22     23     24     25     26     27     28     29     30     31     32     33     34     35     36     37     38     39     40     41     42     43     44     45     46     47     48     49     50     51     52     53     54     55     56     57     58     59     60     61     62     63     64     65     66    


















Rambler's Top100